Маршруты штурмана Бориса Новикова
Суббота, 15 Июль 2017 11:18

Маршруты штурмана Бориса Новикова

По-разному складывались судьбы участников Великой Отечественной войны. Одни воевали от начала и до победы, повезло, остались живы. Некоторые гибли в первые часы и даже минуты боя. Бывало и так, что двигался на фронт железнодорожный эшелон с молодым пополнением, попадал под ожесточенную бомбардировку с воздуха. Многие солдаты и офицеры погибали, не сделав ни одного выстрела по врагу. Другие оказывались тяжело ранеными, попадали в госпиталь, после лечения «списаны под чистую» и считались участниками и инвалидами войны. Миллионы оказались в страшном фашистском плену 

НЕ ПРОХОДИЛ МЕДКОМИССИЮ
Интересная фронтовая судьба сложилась и у полковника в отставке Бориса Петровича Новикова. Родился 8 июля 1922 года в городе Осташкове, Тверской области возле известного озера Селигер. Семья жила в собственном небольшом доме.
 
Восьми лет от роду Борис пошел в первый класс. После десятилетки он горел желанием стать командиром Красной Армии. Подавал несколько раз заявления в военкомат для поступления в военное училище, однако все попытки не увенчались успехом. На пути стояла медицина: то плоскостопие, то сердце, то заболевание. К тому же Новиков имел маленький рост - 154 см - и его вид напоминал небольшого мальчика, что видимо, действовало не в его пользу при медицинских обследованиях.
 
Все-таки в июле 1940 года призывная комиссия признала годным к военной службе. Она началась для Бориса н1 ноября в товарном вагоне, в котором он прибыл на финскую границу в качестве красноармейца пехотной стрелковой части. После финской кампании (ноябрь 1939 г. – март 1940 г.) это была новая еще необустроенная территория. Воинские подразделения и штабы размещались в помещениях, жилых домах, оставленных финнами. Правительство увело с Карельского перешейка свое население вглубь Финляндии.
 
Стрелковая рота размещалась в бывшей финской школе. В полку было девять рот. Первая была укомплектована красноармейцами, имеющими среднее, неполное высшее и высшее образование. Намечалось, что красноармейцев первой роты за три года подготовят младшими лейтенантами запаса, будущих командиров стрелковых взводов на случай проведения мобилизации. Через пять месяцев поступила команда: желающих направить в военную летную школу. Желающих было немало, но годными оказались всего человек десять. Среди них оказался и Борис. В Ярославле, куда их направили, началась авиационная карьера будущего штурмана. Здесь Борис впервые в жизни поднялся в воздух на самолете У-2. 
 
Основную летную подготовку курсанты выполняли на самолетах Р-5. Штурманов готовили в основном полетам по маршрутам и на бомбометание. Борису по-прежнему хотелось стать военным инженером, поступить в Ленинградский Военно-механический институт. Он вспоминает свои мысли тех лет: «Вот окончу летную школу, отлетаю три года и попытаюсь поступить в Ленинградский институт». Но…
 
РОКОВЫЕ СОРОКОВЫЕ
22 июня 1941 года. Воскресенье, тепло, солнечный день. Вдруг после завтрака появились слухи: Война! В подтверждение этих разговоров прозвучал сигнал «Тревога!» Школа зашумела. По этому сигналу отделению, в котором учился Борис, предназначалось оповещать офицеров, проживающих по квартирам. Курсанты помчались по адресам. Борису достался адрес в районе фабрики «Красный перекоп». Там в послевоенное время работала наша первая женщина-космонавт Валентина Терешкова. Быстрым темпом добежав до квартиры, сообщил офицеру о тревоге и двинулся в обратный путь. От быстрого бега несколько устал, пошел неторопливо, отдыхая, по улице. Вдруг раздались звуки сирены, оповещающие о том, что в городе объявлена «воздушная тревога».
 
По сигналу  машины, трамваи останавливались, население укрывалось в убежищах, укрытиях, складках местности, помещениях. Улицы освобождались, всякое движение по ним прекращалось. Лишь только курсант Новиков шествовал по пустынной улице. Неожиданно из-за угла выбежали три молодых женщины с повязками на рукавах и противогазами и безо всяких разговоров в быстром темпе сопроводили его в милицию. Там разобрались и отпустили курсанта в казарму. Так начался первый день войны для Бориса. К вечеру рассредоточили на аэродроме самолеты «По-2», «Р-5» и тяжелые бомбардировщики «ТБ-3». Затем с основного аэродрома перебазировались на полевые, где продолжали дальнейшее летное обучение в качестве авиационных штурманов.
 
В конце июля у курсантов забрали винтовки для нужд фронта. В начале осени полеты прекратили. Враг подошел к Москве. Поступил приказ: Ярославскую авиационную школу погрузить в эшелон и отправить в тыл. Он двигался долго и медленно, ведь встречные эшелоны с войсками и техникой беспрепятственно двигались на фронт. Наконец добрались до поселка Чердаклы Ульяновской области. Разместились в местной школе и в других помещениях. Условий для занятий и полетов не было. Летно-инструкторский и технический состав на самолетах «Р-5» направили на защиту Москвы. Школу расформировали, курсантов распределили в другие авиационные училища. 
 
Борис попал в Оренбург во 2-ое Военное авиационное училище штурманов. Постепенно начались занятия и полеты. Но враг подошел к Сталинграду. Часть курсантов авиаторов по острой необходимости направили в пехоту на защиту Сталинградской твердыни. Борис продолжал обучение.
 
По выпуску из училища основной массе курсантов присвоили воинское звание «младший лейтенант», особо отличившимся «лейтенант», а некоторым нерадивым только «старшина».
В авиационном училище каждый курсант обязан выполнять прыжки с парашютом. Видимо, Борис Петрович попал в единственный случай в авиации, налетал порядка 600 часов без единственного парашютного прыжка. Получилось это очень просто. Накануне запланированных прыжков с парашютом курсант Новиков находился в стартовом наряде. Для маркировки ночного старта в то время, применялись керосиновые факела. При обращении с факелом он нечаянно облил часть комбинезона керосином. Произошло возгорание. Пришлось поваляться, чтобы потушить обмундирование. На коже все-таки остались следы ожога. Во время медицинского контроля перед прыжками врач запретил прыжки. Так и остался штурман Новиков без прыжков с парашютом.
 
В середине сентября 1943 года Борис закончил училище. Получил профессию авиационного штурмана в звании младший лейтенант и был направлен в Казань в запасной авиационный полк, имеющий на вооружении самолеты Пе-2. В экипаже у этих фронтовых бомбардировщиков были летчик, штурман и стрелок-радист. Выдали оружие: летчику – пистолет ТТ, штурману – револьвер, стрелку-радисту – автомат. Приходилось часто ходить в караул по охране стоянки и других объектов.
 
Здесь произошел одиозный случай. Однажды Борис со стрелком-радистом пошли вечером на танцы в парк. Новиков был с револьвером. Познакомились с двумя девушками, пошли провожать их домой. Идут, разговаривают, смеются, а навстречу – группа парней крепкого, спортивного телосложения. Они обращаются: «Летчики, дайте закурить». Сознание интуитивно подсказало: хорошего от них ждать не надо. Парни остановились и пошли за ними. Видя явное превосходство, злоумышленники сказали: «Ну, летчики, мы вас сейчас накажем». Они могли ограбить, избить и даже возможно убить. Виктор только сказал: «Борис!», и тот мгновенно вытащил револьвер и выстрелил в направлении парней. Сквер озарился пламенем, девушки исчезли. Испуганные парни залепетали: «Мы пойдем в милицию». Наступила опасность: надо быстро ретироваться с этого противного места. Преследования не было, вероятно побоялись. Так закончился неприятный эпизод с применением оружия.
 
В мае 1944 года в Казань из 13-ой Воздушной Армии, Ленинградского фронта наземным транспортом прибыли два экипажа, чтобы перегнать девять самолетов с завода на фронт. Под руководством этих двух экипажей так называемых «купцов» полетели еще семь экипажей из запаса, в том числе и наш герой на самолетах «Пе-2». Попал Борис в 58-й бомбардировочный авиационный полк (58 БАП), который участвовал в освобождении от фашизма Эстонии, базировался на аэродроме Молосковицы, возле Гатчины.
 
Сразу по прибытию в состав экипажа его не включили. И вдруг один штурман самолета отказался летать с летчиком, считая, что с ним летать небезопасно. Командир эскадрильи на освободившуюся вакансию назначил Бориса. Новиков начал регулярно совершать боевые вылеты с командиром экипажа младшим лейтенантом Иваном Саушкановым. После одного из боевых вылетов, кстати, удачного, возвращались на базу. По какой-то причине двигатели стали потреблять горючего больше нормы. На посадку заходили с минимальным остатком топлива, проявили поспешность и торопливость и не заметили, что правая стойка шасси не встала на упор. При касании земли она подломилась – авария, самолет получил серьезные повреждения. Не боевая потеря. При разборе аварии командир полка основательно наказал командира экипажа, затем обратился к штурману: «А ты, мешок с зерном, почему не подсказал, что правая лампочка не зеленая?» И опять Борис попал в резерв. Правда, ненадолго. Через два-три дня возникла непредвиденная необходимость и Бориса включили в состав экипажа – срочный вылет.
 
ПОСЛЕВОЕННЫЕ ГОДЫ
После разгрома немецко-фашистских войск на территории Эстонии осенью 1944 года 58 БАП передали в подчинение 1-ой ВА, 3-го Белорусского фронта. Для Бориса начались бои на территории Восточной Пруссии.
 
Сопротивление воздушного врага было ожесточенным и сильным. Поэтому летный состав нес потери. Экипаж, в котором летал Борис, был уже третьим у механика, который обслуживал самолет на земле. Были вылеты вообще без потерь, а иногда теряли один-два самолета из состава полка. Однажды не вернулись сразу шесть экипажей. Это произошло при налете на цели в районе Таллина.
 
 Потери несли от истребителей противника и зенитной артиллерии среднего и крупного калибра. Безусловно, наши самолеты отгоняли вражеские истребители, но некоторым из них удавалось прорваться к нашим Пе-2 и сбивать их. Экипажи проявляли боевой энтузиазм, не зная страха, рвались на выполнение задания. Специалисты наземных служб работали буквально без сна и отдыха, готовя самолеты к вылету.
 
При освобождении Кёнигсберга тяжелые и трудные бои развернулись на земле, в воздухе и на море и достигли высшего предела. Война для штурмана пикирующего бомбардировщика Бориса Новикова закончилась в Восточной Пруссии. Экипажу до конца войны удалось выполнить 84 боевых вылета, за что летчик и штурман были награждены орденами Отечественной войны I и II степени и Красной Звезды, стрелок-радист медалями «За отвагу». После войны Борис Петрович награжден еще Орденом Красной Звезды и Медалью «За боевые заслуги».
 
И в мирной жизни фронтовик достойно реализовывал свои возможности. В 1952 году успешно закончил Военную академию химической защиты. Получил назначение в Сызранское военное авиационное училище летчиков на должность начальника химической службы училища. В начале служил в истребительном, а с 1960 года и до увольнения в запас в 1972 году – в вертолетном училище. 
 
До сих пор он поддерживает связь с родным училищем. Будучи на заслуженном отдыхе много сил и времени отдавал общественной работе, военно-патриотическому воспитанию молодежи города и курсантов училища, воспитывая в них преданность Родине, верность присяге и выбранной профессии. Вместе с женой Евгенией Степановной вырастил и воспитал троих детей.
В июле Борис Петрович отмечает 95-летний Юбилей. Желаем ему бодрости духа, оптимизма и следовать точно выверенным штурманским маршрутом до 100-летнего рубежа!
 
Председатель совета ветеранов Сызранского ВВАУЛ,
Заслуженный военный летчик России, полковник в отставке В. Рудиков
Поделиться в ЖЖ 522 Автор: Волков А.В.
Нашли ошибку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter

Новости города: